Это был мужик совершенно уникальной человеческой фактуры — очень некрасивый и при этом обладатель такого бронебойного обаяния, что я как расплылся в улыбке при знакомстве с ним, так и сидел с ней всякий раз, когда оказывался рядом.
Он ростом был мне по плечо, квадратный, с могучими ручищами — мастер спорта по вольной борьбе. Характером был очень неудобный, с обостренной тягой к справедливости, что в его милицейском окружении положительным качеством отнюдь не считалось. Позтому за десять лет работы в милиции его трижды исключали из партии.
Правда, потом возвращали обратно, потому что задержаний, раскрытий и прочих ментовских побед за старшим следователем капитаном Вайнером числилось на порядок больше, чем у его коллег. Впрочем, говорили, что большую часть этих успехов обеспечивал ему младший брат Георгий, двоечник и хулиган, влезавший в любую драку, как говорят в Одессе, "без второго слова".
Старожилы ресторана Центрального Дома Литераторов до сих пор вспоминают знаменитую драку "братья Вайнеры против братьев Ибрагимбековых", когда друг друга молотили человек пятьдесят, переломали мебель и высадили входные двери… Братья и между собой спорили постоянно, и первый их детектив родился в жаркой полемике, чья профессия сложнее — мента Аркаши или журналиста Жоры.
Доказывая друг другу свою правоту, они написали за неделю 500 страниц. Аркаша говорил, что у них разделение труда: "про любовь" пишет он, а "про стрельбу" лучше удается Жоре.
Аркадий ушел из милиции, когда у них с братом уже вышла третья книга — его комиссовали по ограниченной медицинской годности.
Мы с Наташей бывали на уютной вайнеровской даче в Малаховке — там царствовала красавица Сонечка, умудрявшаяся за несколько минут наметать на стол немерено всякой вкуснятины. Это так говорится — Сонечка.. Софья Львовна Дарьялова — доктор медицинских наук, профессор НИИ онкологии им Герцена, первейший онколог-радиолог СССР, лауреат Госпремии, предмет неизменной любви всего профессионального сообщества.
Сидеть с Вайнером-старшим за столом было отдельным удовольствием! Аркаша пил исключительно водку — других напитков не уважал. Пил и не пьянел совершенно, только по мере продолжения процесса его талант рассказчика расцветал махровым цветом.
( Однажды мы с космонавтом Георгием Гречко одновременно собрались уходить с некоей тусовки. Около лестницы на кожаном диване сидит Вайнер. "О, мужики, — забасил он, — прихватите меня до стоянки, я чего-то с водкой перебрал, ноги не идут". Я аккуратно спрашиваю, как он собирается в таком состоянии ехать в свою Малаховку. "Так я ехать могу, — засмеялся Вайнер, — я ходить не могу!")
Как-то в Международном Детектив-клубе был большой сбор: праздновали сорокалетие свадьбы Аркадия и Сони. Народ за столами отборный: Юрий Никулин, Махмуд Эсамбаев, Зельдин, Кобзон, Брунов… Аркаша, зная мою привычку к сочинению разных "капуст", намекнул, что неплохо бы… Хорошо помня историю их стремительной женитьбы, я радостно взял под козырек…
Эпиграф. ПРОМОКАШКА: Это и я так могу!
ШАРАПОВ. А что сыграть-то?
ПРОМОКАШКА. Мурку!
(На мотив "Мурки")
Сонечка-красотка
Раз пошла на дело:
В Сонечке передний зуб болел!
И к дантисту Соня
В очереди села,
Рядом дядька пожилой сидел.
И на Соню дядька
Глянул изумленно:
"Вот невеста сыну моему!
Дайте, дайте детка,
Номер телефона —
Я всю вашу жизнь переменю!"
Сонечка в то утро
Замуж не хотела,
Но девочкой воспитанной была:
Если старший просит,
Раз такое дело,
Тут же телефон ему дала!
Через сутки: "Здрасьте!
Вам звонят из МУРа!
Опер тридцати неполных лет!
Вы поймете, Соня,
Если вы не дура,
Мне сейчас жениться мазы нет!
Но мой папа хочет
Вас своей невесткой.
Я звоню — я папе обещал
Приходите сами,
Чтоб не звать повесткой,
Встретимся разочек — и финал."
Что там дальше было —
Мы вам не расскажем,
Только нам известно хорошо:
Не прошло недели,
Мент лихой Аркаша
К нашей Соне свататься пришел!
Взял с собою друга
Он с аккордеоном,
Чтоб решить проблему на корню:
Если не полюбят,
Мощным баритоном
Ухайдакать сонину родню.
Сонина мишпуха —
Та еще картинка,
Вы такой не видели вовек:
На столе стояла
Водки четвертинка —
И это на двенадцать человек!
У ментов влюбленных
Страсти очень пылки.
Наш красавец распахнул пальто
И на стол поставил
Две больших бутылки,
Впрочем, сам и выдул их потом!
Он едва не крикнул:
"Тихо, я из МУРа!"
Но в последний миг сообразил
И сказал, что он
Серьезная фигура,
На Колхозной держит магазин.
Ах, как он старался,
Вы уж мне поверьте,
Фокусничал, пел и танцевал,
И творил такое,
Что до самой смерти
Сонину семейку запугал.
Подышать рванулся
К форточке Аркаша,
Задрался расстегнутый кожан,
И с ужасом увидел
Сонечкин папаша
За ремнем заряженный наган.
И сказал ей папа
Твердо, словно вмазал:
"За него не выйдешь, не проси!
Твой жених не просто
Городской шлимазл —
Он налетчик, Боже упаси!"
Песенке конец!
Я пью за молодые,
За неразлюбившие сердца!
И еще за то,
Что в тот момент впервые
Соня не послушалась отца!
Автор Борис Львович
