Эти слова не выходят у меня из головы.
Долгое время я говорила с вами от себя.
Но есть темы, о которых важнее услышать тех, кто был там.
Это говорят не политики.
Не журналисты.
Не правозащитники.
Не люди, наблюдавшие войну со стороны.
Это говорят бывшие военнослужащие ЦАХАЛа.
Наши сыновья.
Наши дочери.
Люди, которых мы сами отправили служить от нашего имени.
За последние годы более тысячи бывших военнослужащих ЦАХАЛа решили рассказать о том, что видели, в чём участвовали и что пережили во время службы.
Они знали, что их будут называть предателями.
Что многие не захотят их даже выслушать.
И всё же решили говорить.
Потому что молчать оказалось тяжелее.
Прежде чем соглашаться или спорить…
Мне кажется, стоит сделать только одно.
Выслушать.
—
**«Когда я приехал в Сде Тейман, я был уверен, что участвую в справедливой войне.
Но к концу службы мне казалось, что на моих глазах формируется то, что сам я мог сравнить с Абу-Грейбом.
Самым страшным было то, что я видел не чудовищ.
Я видел своих сослуживцев.
Обычных людей, которые постепенно доходили до того, что начинали издеваться над заключёнными. Не ради получения информации. Не ради допросов. А потому, что могли.
Я не мог смотреть своим товарищам в глаза.
Я понимал, что должен рассказать о том, что видел.
Потому что свидетельства палестинцев многие даже не захотят выслушать.
Но, может быть, услышат солдата».**
—
Я не знаю, какие чувства вызовут у вас эти слова.
Но если мы действительно хотим понять, что делает война с человеком, мы не можем позволить себе не слышать тех, кто прошёл через неё.
Иногда самое трудное — не говорить. Самое трудное — выслушать.
Тамара Гринберг
