В дни, когда кажется, что бои высокой интенсивности затухают, не стоит обманываться: война на самом деле не завершится. Израиль зафиксировал серьезные военные результаты почти на каждом фронте, но победа не означает разгрома. О главных выводах спустя почти 1000 дней боев рассказывает 26 июня военный корреспондент Ynet Йоси Йегошуа. |
1000 дней самой долгой войны в истории государства Израиль будут отмечаться на следующей неделе. Война эта началась 7 октября — с самого тяжелого военного и оборонного провала, известного государству. И с самой опасной стратегической точки слабости. Это была реальность, которая могла перерасти в экзистенциальную угрозу со всех направлений. Иран, Хизбалла, Иудея, Самария, сектор Газы — могли объединиться в один фронт одновременно.
Пусть число 1000 не вводит в заблуждение. Даже если бои высокой интенсивности приостановятся, сама война не завершится. На Ближнем Востоке войны не заканчиваются церемонией капитуляции или мирным договором, стирающим угрозу. Они меняют форму: периоды интенсивных боев, перемирия, точечные операции, война теней, новое усиление противника и борьба за общественное сознание. Это не история со счастливым концом, а бесконечный сериал, где каждое поколение пытается что-то улучшить — и передает следующему поколению.
ЦАХАЛу после тяжелого удара 7 октября удалось стабилизировать ситуацию, а спустя несколько месяцев перейти в контратаку. Это наступление принесло значительные достижения, включая возвращение всех заложников из Газы — шаг, в который мало кто верил, что он произойдет, и тем более в полном объеме, при значительном вкладе президента США Дональда Трампа.
Затем пришла победа в операции "Северные стрелы" против Хизбаллы, уничтожение основной части возможностей сирийской армии и закрепление на передовой линии на Голанах. В секторе Газы Израиль удерживает около 60% территории. ЦАХАЛ может записать на свой счет два значительных успеха в войне с Ираном — в операциях "Народ-лев" и "Львиный рык".
Однако здесь важно различать два понятия: победу и разгром. Израиль зафиксировал впечатляющие военные победы почти на каждом фронте. Но победа не обязательно означает разгром. Разгром наступает, когда противник потерял способность или волю продолжать борьбу в течение длительного времени. Этого пока не произошло. ХАМАС, Хизбалла и Иран понесли тяжелые потери, но никто из них не отказался от борьбы. Каждый из них пытается восстановиться, учиться и продолжать воевать иным способом.
Даже когда израильское наступление было успешным, противникам Израиля, прежде всего Ирану, удавалось избежать военного краха и изменить картину на политической арене. Иранский режим не рухнул, Ормузский пролив был закрыт, причем американцы не были к этому готовы, а в переговорах, которые вел Трамп, был зафиксирован дипломатический провал. Этот провал подточил часть стратегических преимуществ, достигнутых Израилем, и ударил по израильскому сдерживанию в отношении стран региона и террористических организаций.
В преддверии отметки 1000 дней стоит смотреть вперед: где мы находимся и куда движемся. И главное, стоит разорвать исторический шаблон Израиля — государства, которое получает тяжелый удар, учится и развивается, но после побед нередко склоняется к самоуспокоенности, стагнации и истощению своих достижений.
►В Газе: рассматривают возврат к боевым действиям
На направлении, где началась война, силы ЦАХАЛа закрепились на линии, обеспечивающей лучшую защиту от будущих попыток вторжения. Войска продолжают разрушать подземную инфраструктуру, и с начала операции "Львиный рык" постепенно усилили удары и вернулись к нейтрализации боевиков ХАМАСа.
Однако здесь требуется осторожность. Возможно, ЦАХАЛ хорошо подготовился к прежней угрозе — наземному вторжению террористов — удерживая позиции на территории противника. Но нельзя допустить, чтобы его застала врасплох следующая угроза: рои дронов, которые будут запущены из Газы и попытаются проникнуть в населенные пункты у границы. Армия, которая готовится только к прошлой войне, может оказаться захваченной врасплох в следующей.
На данном этапе командующий Южным военным округом Янив Асор настаивает на возврате к широким боевым действиям. По его оценке, ХАМАС находится в "точке слома", в то время как ЦАХАЛ модернизировал свои возможности и методы ведения боя, и поэтому может продолжать систематически наносить удары по террористической организации.
На данном этапе командующему округом не удается убедить генеральный штаб и политическое руководство. В генштабе отвечают, что существуют активные направления в Ливане, Иудее и Самарии и Сирии, а личного состава недостаточно для всех фронтов. Нетаниягу пока колеблется, хотя ему, конечно же, хотелось бы прийти к выборам, выполнив свое обещание — разгромить ХАМАС.
►В Ливане: положение улучшилось — и снова пострадало
В Ливане картина сложнее. С одной стороны, Израилю удалось устранить главную угрозу, стоявшую перед ним накануне войны. Той Хизбаллы, которая располагала примерно 150 тысячами ракет и угрожала наземным вторжением, больше не существует. Сегодня у организации нет эффективного руководства, менее десяти тысяч ракет, и большая часть сил находится севернее реки Литани. При этом ЦАХАЛ все еще удерживает позиции глубоко внутри Ливана, но ведутся переговоры о постепенном урегулировании, в рамках которого израильская армия отойдет от заранее определенных точек, а ее место займет ливанская гвардия.
Министр обороны Исраэль Кац заявляет, что Израиль не выйдет из Южного Ливана, а премьер-министр говорит о зоне безопасности. Но никто не дает гарантий, что не будет отхода от линии, которую сейчас удерживает ЦАХАЛ. И не уточняет, где именно пройдет эта зона безопасности.
В любом случае нужно различать точки отсчета. По сравнению с 7 октября положение Израиля в Ливане несравнимо лучше. Угроза наземного вторжения устранена, Хизбалла далека от своей мощи накануне войны. Однако по сравнению с достижениями, зафиксированными сразу после операции "Северные стрелы", произошла определенная регрессия: ЦАХАЛ действительно удерживает позиции глубже на территории Ливана, но утратил свободу маневра, которой располагал в рамках соглашения от ноября 2024 года.
►В Иудее и Самарии: война на истощение продолжается
В Иудее и Самарии продолжается война на истощение против палестинского терроризма. Масштаб смертоносных терактов значительно снизился, но не иссяк.
Расширение поселений и создание десятков новых форпостов увеличивают пространство, которое должен охранять ЦАХАЛ, а это требуют дополнительных сил. В соответствии с этим начальник генштаба распорядился усилить дивизию Иудеи и Самарии бригадой десантников, так что число батальонов в секторе скоро достигнет 24.
►В отношении Ирана: сдерживание пострадало
Над всеми фронтами витает Иран — и прежде всего политика Трампа. Впечатляющая военная операция, проведенная двумя самыми передовыми армиями в мире, завершилась провальными переговорами, которые позволили режиму аятолл — более радикальному и самоуверенному, чем когда-либо — восстановить часть своего потенциала и представить себя победителем. С военной точки зрения Иран понес тяжелый удар. Но с точки зрения общественного сознания и политики он смог культивировать нарратив устойчивости и даже победы.
Тот факт, что сегодня Израиль не может действовать так свободно, как действовал ранее в Ливане, что Иран позволяет себе запускать ракеты в сторону Израиля и что США визируют любой израильский ответ — все это свидетельствует об истощении израильского сдерживания. И весь регион это замечает. Высказывания вице-президента Джей Ди Вэнса и самого Трампа, наряду с сближением Трампа с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, требуют пересмотра стратегической реальности.
Смысл очевиден: США — важнейший союзник Израиля, но действуют они не из дружеских побуждений, а из интересов. Поэтому Израиль обязан обеспечить, чтобы американский интерес обязывал Вашингтон продолжать поддерживать его, через прямой, непрерывный и стратегический диалог между Нетаниягу и Трампом.
При этом на определенном этапе не избежать действий, которые восстановят подточенное сдерживание, наряду с глубоким процессом наращивания самостоятельной военной мощи. Израиль должен готовиться и к сценарию ограничений или эмбарго на американское оружие. Хотя сегодня нет реальной замены американским авиационным платформам, в сферах вооружений, БПЛА, беспилотных систем, электронной войны, кибербезопасности, командования и контроля, перехватчиков и боеприпасов Израиль может значительно увеличить свою самостоятельность.
Несмотря на заявления Нетаниягу о программе наращивания мощи в объеме 350 миллиардов шекелей на десятилетие — сумма, которая, возможно, не будет достаточной с учетом последних событий — на практике в систему безопасности до сих пор не было переведено ни одного шекеля для ее реализации. При этом министерство обороны до сих пор должно оборонной промышленности около 13 миллиардов шекелей — долг, который задерживает расширение производственных линий и наращивание мощи, необходимое для новой реальности.
Первые 1000 дней войны учат двум вещам, которые, возможно, выглядят противоречащими, но дополняют друг друга. Первая состоит в том, что Израиль умеет побеждать. По сравнению с 7 октября его положение лучше почти на каждом фронте. Но второй вывод не менее важен: ни один из этих фронтов не разгромлен. Враги не исчезли; они меняют методы, восстанавливаются и ждут следующей возможности. На Ближнем Востоке победа не является концом пути — она лишь создает лучшие исходные условия для следующего раунда.
Поэтому самый важный вывод 7 октября состоит в том, что Израиль должен всегда быть инициирующей стороной — тактически, оперативно, технологически, политически и стратегически. Не ждать следующей угрозы, а формировать ее заранее. Это не только путь к победе в нынешней войне; это путь передать смену караула следующему поколению в лучшем состоянии, чем то, в котором мы ее получили.
