Вопрос серьёзный.
Но тогда давайте будем честны до конца.
Подавляющее большинство израильтян на протяжении многих лет поддерживали политику, которая привела к десятилетиям оккупации, неравенства, расширению поселений, блокаде Газы и тысячам погибших мирных жителей.
Многие поддерживают и нынешнюю войну, несмотря на колоссальные разрушения и человеческие жертвы.
Что из этого следует?
Что весь израильский народ состоит из убийц?
Что каждого израильтянина можно назвать нелюдью?
Что евреи по своей природе жестоки?
Нет.
Потому что мы справедливо возмутились бы подобным выводам.
Мы понимаем, что между поддержкой политики государства и сущностью целого народа лежит огромная пропасть.
Но почему тогда это правило должно переставать действовать, когда речь идёт о палестинцах?
Если 44% поддерживают преступление — это страшно.
Если 59% поддерживают преступление — это страшно.
Если большинство поддерживает несправедливость — это тоже страшно.
Но ни одна цифра не превращает миллионы людей в коллективный приговор.
Проблема начинается не тогда, когда мы осуждаем преступление.
Проблема начинается тогда, когда преступление отдельных людей становится характеристикой целого народа.
Именно с этого всегда начинается расчеловечивание.
Если поддержка насилия делает народ нелюдями, готовы ли мы применить тот же критерий к себе?
Тамара Гринберг
