Иерусалим

Москва

Нью-Йорк

Берлин




ВСЕ ОБЯЗАНЫ ПРОЧИТАТЬ....

Категория:  Общественно-политическая жизнь в мире




Шрифт:  Больше ∧  Меньше ∨
Выберите язык:



ВСЕ ОБЯЗАНЫ ПРОЧИТАТЬ....

Следовало бы назвать новый  французский фильм режиссера Александра Аркади, который вышел на экраны   Америки сейчас. Но он называется
бесцветно «24 дня».

Снят по одноименной  книге не-писателя, а
обыкновенной женщины по имени Руфь Халими. Это книга  мамы, у которой в центре Парижа 10 лет назад черные украли взрослого сына,  издевались
над ним три недели и потом убили.

Маме помогал писатель Эмиль   Фрэч.
Он вместе с ней старательно прошел шаг за шагом страшной дорогой воспоминаний. А режиссер только реконструировал события. Премьера фильма  состоялась в Нью-Йорке, Лос Анжелесе, по всей Америке, и ни слова о фильме  на русском языке нет.

Молчат газеты, радио, телевидение. Молчат советские  евреи, приехавшие в Америку беженцами, спасающимися от антисемитизма. Не   понимаю, в чем дело. Приходится садиться писать.

Страшно в этом бесхитростном  фильме все, и обыденность - в первую очередь. В кадре Париж,  среднестатистический микрорайон, обычная
квартира. Мама в сумерки в субботу  собирает за столом семью – дочь лет 20 и сына чуть за 20. Красивый мальчик    служит в магазине
радиоаппаратуры – продает карманные телефоны.

Красивые  девушки кокетничают с ним. А одна – придет – уйдет, и вернется – попросит у
сослуживцев его номер. Позвонит с придыханием в субботний вечер, предложит   выпить с ней кофе…

И как бы мама не просила Илана – так зовут героя – не   уходить, - он умчится, польщенный вниманием
красавицы. И невдомек ему, что   девушка – член банды «Варва ров», как называют себя сами эти граждане Франции  – выходцы из арабских стран.


Его заталкивают в автомобиль, увозят в черный   микрорайон, где прячут связанного в квартире. И звонят родителям, требуя   выкуп…  Остальное
– монотонное   проживание ада ожидания, когда полиция дает указания матери, отцу и двум  сестрам, как себя вести, как держать себя с вымогателями, пока полицейские   честно пытаются отследить, откуда
проходят звонки. Родители подчиняются, но   – операция срывается из-за неточных действий полиции, и «Варвары» убивают   мальчика.

Не до конца…  Изможденного – связанного   три недели по рукам и ногам, - без крошки еды, - его вывозят на окраину,   поливают бензином и поджигают.


Но мальчик не сгорает. Он жив. Голый, с   обгоревшей спиной, цепляясь руками, намертво застегнутыми железными  наручниками, он взбирается на
высокую насыпь, по которой несется пригородный  поезд. И его замечают.


Успевает приехать полиция. Застать его живым. Но на  руках у полицейских он умирает . Мальчика хоронят.

Это не конец. Банду  вылавливают. Их 29 человек. И не все черные. Белый – «супер» дома,   подельник, который выделяет банде свободную квартиру, где они долго держат   заложника. Белые все барышни банды,
которым обещаны быстрые и легкие деньги.

По суду дают небольшие сроки только 19ти участникам преступления.

И   пожизненное – главному. Огромному красивому черному зверю по имени или по  кличке Джанго.

Год спустя мама с друзьями и близкими извлекают гроб из земли на кладбище Парижа и перевозят тело мальчика в Израиль. Финальная сцена
убийственна в своей простоте – мама на камеру говорит полицейскому о том, что бандиты скоро выйдут из тюрем и придут плевать на
могилу ее замученного сына. А она этого не хочет. И везет гроб в Израиль, где опускает тело сына в землю и сажает дерево.

- Илан –  на хибру – означает дерево, - поясняет она на камеру. – Мы посадили его…   Покойся с миром.

Это – центральная линия сюжета, костяк, хребет. Мясо, материя, ткань повествования еще страшнее: через мелкие незначительные детали режиссер воссоздает атмосферу  изолганности и страха, царящую во
французском обществе.

Руководство полиции,  проводя операцию,
несомненно желает найти преступника, но пытается скрыть антисемитскую суть киднепинга.

В одном из интервью режиссер Аркади откровенно заявляет, что полиция вела себя слишком осторожно
с подозреваемыми, опасаясь вызвать волну насилия со стороны недовольных своей   жизнью эмигрантов из арабских и африканских стран.

"Следователи укрывали от общественности некоторые детали, свидетельствующие об антисемитском  характере преступления. В
пригороде, где орудовала банда "Варваров" многие  знали о похищении, но никто не осмелился заявить о преступлении.

Мой фильм  призван предостеречь общество от подобного поведения. Нельзя равнодушно
относиться к проявлениям расовой и религиозной ненависти", - подчеркнул  режиссер.

Я смотрю этот фильм в момент, когда в Америке войска наводят порядок в Балтиморе, где я жила и  работала, и хорошо понимаю, чего опасалась
полиция Франции. Именно этого –   восстания черных.

И в свете происходящего невероятно смелыми оказываются    режиссер фильма – Александр Аркади, родившийся в Алжире в 1947мом, и только  в
пятнадцать эмигрировавший во Францию, - и исполнитель роли Джанго – главного «варвара».

Мне за него даже немного тревожно. Он один
играет, не  сбавляя темпа – истерику и надрыв. Он торопится сам и торопит родителей  жертвы, - ему нужны деньги. И он обращается к тем, у кого они есть. Он  продумал операцию, и все должны исполнить по его нотам то, что он задумал, а  сюжет буксует.

Он звонит с разных телефонов, и говорит маме-папе-сестрам один текст одним сплошным матом,  чтобы не оставалось ни у кого сомнений и не
возникло даже малейшего желания  назвать жертву – юношу Илана –евреем. «Еб.... жид» - «факин джу» - так  должен называться фильм на самом деле, так как тот, кого берут в заложники,  называется именно
так на языке «Варваров». Как ни смягчай перевод с   французского или английского.

Только при правильном переводе становится   совершенно ясно, что нет у черных мусульман к мальчику сострадания, так как  в
заложниках у них нелюдь – «жид...». И они звонят родственникам, рабаю, и  говорят одну фразу: «У вас – е..... жидов - есть деньги, вот вы нам
их и   платите». А в приступе гнева герой добавляет еще и «Е..... Франция».

Мама первая указывает на то,  что в интернет-посланиях, с требованием заплатить, «Варвары» называют   мальчика ЖИД, и никак иначе. «Не
мужчина-юноша-человек, - указывает она  В полиции, и добавляет: - Они убьют его». А полиция говорит, что это не   антисемитизм, а рядовое экономическое преступление.

И режиссер воссоздает каждую сцену, где высшие полицейские чины Парижа отказываются признавать  антисемитскую подоплеку. И только, когда мальчик погиб и предан земле, евреи  восстают.

Деликатно, разумеется. Но все же. Потому что «Дело Илана Халими», еврейского юноши, похищенного  бандитской группировкой выходцев из Африки с целью выкупа, вызвало большой  резонанс во французском обществе. И, в конце концов, полиция признает, что  это была антисемитская акция.

Страшно видеть свидетелей преступления, которые выбирают молчать – либо потому, что им обещаны за   молчание деньги, либо потому, что боятся расправы. В кадре – огромный анклав   – многоэтажные дома,
стоящие каре вокруг общего двора, через который таскают   стонущего мальчика – из квартиры, где он стонет, - в   подвал.

Черные твари – «Варвары» - несут его в сумерках в открытую, точно зная, что свои – черные – не выдадут,  а белые обитатели «проджекта», как принято называть дома подобного рода в   НьюЙорке, - побоятся.

И режиссер несуетно снимает, как смотрят белые из окон   и с балконов, и отступают, задернув штору… Джанго уверен в своих  соседях. И не напрасно. Черт не выдаст, свинья не съест.

Я опускаю подробности.

  Пойдите и посмотрите фильм. Смотреть его невыносимо. Не смотреть – преступно. Я не понимаю, почему еврейские общины Америки не подняли
прессу и  не призвали зрителя в зал. Об этом фильме известно всем, так как он удостоен   наград ряда еврейских кинофестивалей – в Иерусалиме
и Бостоне, Сан Диего и   других городов Америки.

Увы – нет у него ни одной награды НЕ-еврейского  фестиваля. И это делает всеамериканскую
премьеру каким-то местечковым  событием внутри еврейского гетто.


Черные гетто Америки вполне могли бы тоже   посмотреть это кино…  И самым, конечно,   занимательным в фильме оказывается то, что все
тексты, писанные буквами на   бумаге, под нажимом требований о соблюдении политической корректности, давно   требуют приложения
усилий при прочтении, дабы обнаружить упоминание цвета   преступника, когда читаешь и слушаешь по радио новость о том, что кто-то   кого-то
грохнул. Кино же дает впрямую и сразу портрет во весь рост этих черных парней в капюшонах, покуривающих траву и ожидающих денег и благ
– от  всех стран и правительств.

А если нужно срочно – то в качестве выкупа… И   лучше сразу – за жида. Потому что парни знают две главные вещи про жидов –  что те любят своих детей, и что у них есть деньги.

Мама Илана – Руфи Халими – медленно говорит в финале: - Я молчала 24 дня. Делала так, как велела полиция. Но сегодня я не могу молчать. Мой
сын убит, так как он Еврей. Его пытали, мучали, сожгли. И ничего этого не было бы, если бы он не был  евреем.

Александра Свиридова



Источник
Переслал: Михаил Гольденберг – Израиль
Внимание! Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции. Авторские материалы предлагаются читателям без изменений и добавлений и без правки ошибок.


Приглашаем на наш Телеграм-канал.
100%
голосов: 32


РЕКОМЕНДУЕМ:

ТЕГИ:
очерки

ID материала: 45420 | Категория: Общественно-политическая жизнь в мире | Просмотров: 2108 | Рейтинг: 5.0/32


Всего комментариев: 0


Мы уважаем Ваше мнение, но оставляем за собой право не публиковать Ваш комментарий.
avatar
Подписка



Поиск


Архивы
Архив 2011-2022
Архив рассылки
www.NewRezume.org © 2011-2022
Администратор
a1@newrezume.org
Яндекс.Метрика Индекс цитирования
Сайт содержит материалы (18+)
Правообладателям | Политика конфидециальности | Вход