Но вообще он у меня очень-очень хороший, и поэтому вслух он сказал совсем другое. Он спросил:
— От кого?
На тот момент я сидела в декрете с тремя детьми шестой год подряд, и человеком, которого я видела чаще всего после мужа, была педиатр наших детей. На третьем месте прочно обосновалась мой акушер — гинеколог. Я подумала, и ответила:
— А от кого можно было?
— Можно только от меня, — сразу сориентировался в ситуации муж.
— Ну, тогда от тебя, — подтвердила я.
Муж стал называть наших детей Ушастик, Пушистик, Звонок, и, похлопывая по моему ещё не очень видному животику, Прыгунок, и вопрос был закрыт.
Через полтора месяца, когда плановое УЗИ показало, что будет тройня, я распихала старших детей по бабушкам, сварила борщ, купила пива, и стала ждать будущего счастливого папу — зайца с работы.
Так как он у меня не только хороший, но и умный, то, увидев мою слегка безумную улыбку, сразу заподозрил что-то прекрасное. И даже попытался разрядить обстановку шуткой:
— Ну, рассказывай, что там у тебя, тройня, что ли?
Я молча протянула ему бланк с результатами обследования и бутылку пива.
— Надо же,- выдал он спустя полбутылки, — сразу и Прыгунок, и Лампочка — дочка, и ещё один запасной будет, чем плохо?
А я что? Меня всё устраивает. Не расстроился, не психанул, и то хлеб.
А Лампочка — дочка родилась через три года после тройняшек. Так и живём. Ведь для счастливой жизни в большой семье нужно иметь три качества — чувство юмора, стальные нервы и реакцию, как у кобры. Юмор у нашего папы был встроен производителем, нервы он постепенно наработал, а реакция… Да, над реакцией мы ещё работаем.
Автор Марина_ХМЕЛЬ_Колесник
