Иерусалим

Москва

Нью-Йорк

Берлин

Главная » Очерки. Истории. Воспоминания » Матвей Петрович Бронштейн

Матвей Петрович Бронштейн

Категория:  Очерки. Истории. Воспоминания




Шрифт:  Больше ∧  Меньше ∨
Выберите язык:



Яков Кедми скажет -" А разве можно было иначе?!"  И это еврей!  

Это наше позорное прошлое. И оно продолжается..

 

Матвей Бронштейн

 

Матвей Петрович Бронштейн прожил всего тридцать один год. Его жизнь оборвалась в подвалах НКВД, где он был расстрелян через пятнадцать минут после оглашения смертного приговора.

Весть о гибели известного физика-теоретика и прекрасного человека, которому предвещали гениальное будущее, потрясла всех, кому посчастливилось знать его. Спустя годы нобелевский лауреат академик Ж. И. Алферов в письме к дочери вдовы Матвея Петровича писал: «Среди потерь, понесенных институтом и наукой, убийство Матвея Петровича Бронштейна является одним из самых трагических и бесконечно тяжелых. Мы потеряли не просто замечательного ученого, писателя, человека, мы потеряли для страны будущее целой научной области».

 

Академик имел в виду физическую космологию, поскольку молодой физик, один из первых в советской науке, стал заниматься исследованиями в этой области, создав оригинальную теорию, объяснившую некоторые важные физические явления во Вселенной.

 

Работы по космологии — это только часть его научного наследия. Один из исследователей творчества Матвея Петровича как-то заметил: «Даже если бегло взглянуть на перечень его собственных работ, становится ясно, что за свою тридцатилетнюю жизнь он сделал многое. Однако у тех, кто знал его лично, нет никаких сомнений, что несделанным осталось более». Он же напомнил, что «важнейшие достижения многих выдающихся физиков относятся к их “послетридцатилетнему” периоду творчества».

 

Нам не дано предвидеть, как бы сложилась жизнь Бронштейна, если бы он уцелел в годы Большого террора. Но, судя по его близким друзьям, которые одновременно с ним входили в науку и впоследствии стали выдающимися учеными, можно предположить, что Матвей Петрович занял бы достойное место в ряду известнейших физиков-теоретиков.

 

Матвей Бронштейн и его брат-близнец Исидор родились 2 декабря 1906 года в городе Виннице (Украина) в семье врача. В дружной семье росла также дочь Михалина. С раннего возраста мальчики пристрастились к чтению книг. Отец всячески поощрял это увлечение, регулярно принося им новые книги, в основном познавательные. Братья не успели получить среднее образование. Этому помешала разразившаяся Первая мировая война. Они лишь успели сдать экстерном экзамены за три класса гимназии. В начале войны отца как врача мобилизовали в армию, и мать с детьми, лишившись кормильца, переехала к своим родителям в Киев. Во время обеих революций 1917 года и последовавшей за ними Гражданской войны семья изведала все невзгоды этого смутного времени: голод, погромы, трудности с учебой детей.

 

Когда в 1920 году в Киеве установилась советская власть, мальчики, стараясь наверстать упущенное время, стали ежедневно посещать городские библиотеки, где с головой окунулись в море книг, предпочитая самостоятельное книжное образование школьному. Со временем для Матвея приоритетной стала научная литература. К семнадцати годам он приобрел обширные знания в области астрономии и физики. Исидора же больше интересовали архитектура и градостроительство.

 

В 1924 году Матвей Бронштейн начал посещать кружок любителей физики при Киевском университете. Благодаря природным данным, пытливому уму, постоянному стремлению познать сущность физических процессов он уже в то время был подготовлен к научной деятельности. Руководитель кружка, опытный педагог профессор П. С. Тартаковский, очень быстро убедился в необыкновенных способностях своего нового ученика и создал ему благоприятные условия для научной работы. В скором времени Бронштейн порадовал учителя, опубликовав несколько статей в области квантовой физики. В 1926 году Тартаковский переезжает в Ленинград, а еще через год, вероятно по совету учителя, Матвей покидает Киев, чтобы поступить в Ленинградский университет.

 

Бронштейн читает лекцию по квантовой механике

 

Бронштейн читает лекцию по квантовой механике

 

Там Бронштейн одновременно с учебой на физическом факультете посещал лекции по астрономии, так как еще в Киеве увлекался ею. Видимо, поэтому он поначалу оказался в компании студентов-астрономов. Со многими подружился, но особенно близко с Виктором Амбарцумяном, будущим академиком, одним из основоположников теоретической астрофизики в СССР. Они часто общались, дискуссировали по многим вопросам астрономии. Эти полезные беседы в значительной степени предопределили его будущие успехи в космологии.

 

В то время большой популярностью в университете пользовался студенческий коллектив «Джаз-банд». Его участники разыгрывали шуточные миниатюры и скетчи из студенческой жизни, устраивали вечера поэзии, различные семинары. Основателями были фанатично влюбленные в физику студенты: Лев Ландау (Дау), Дмитрий Иваненко (Димус) и Георгий Гамов (Джони), именовавшие себя «мушкетерами». Молодежь привлекала возможность от души повеселиться в компании остроумных и славных ребят и одновременно посещать полезные семинары по физике, которые проводили «мушкетеры».

 

Дома у сестер Каннегисер: Л. Ландау, Е. Каннегисер, В. Амбарцумян, Н. Каннегисер, М. Бронштейн

 

Дома у сестер Каннегисер: Л. Ландау, Е. Каннегисер, В. Амбарцумян, Н. Каннегисер, М. Бронштейн

 

Своим знакомством с «мушкетерами» Бронштейн был обязан Жене Каннегисер — одной из членов «Джаз-банда». В один из весенних дней 1927 года Женя, выходя из лаборатории на Васильевском острове, увидела невысокого темноволосого юношу в больших очках, в распахнутой куртке, так как был неожиданно очень теплый день. Это обстоятельство побудило общительную девушку заговорить с ним строкой из поэмы Николая Гумилева: «Свежим ветром снова сердце пьяно…» На что тот незамедлительно продекламировал последующие строки, а также все вступление к этой поэме. По дороге в университет они продолжали читать друг другу свои любимые стихи.

 

При первой встрече с «мушкетерами» Женя рассказала им, что нашла замечательного человека, и они радушно приняли Матвея в свою семью. Вот как она вспоминает его в те годы: «Он был исключительно “цивилизован” не только в том смысле, что он много читал, почти обо всем думал, но для очень молодого человека был необыкновенно деликатен по отношению к чувствам и ощущениям других людей, очень благожелателен».

 

Согласно традиции «мушкетеры» присвоили Матвею второе имя — Аббат. Так возник дружный союз молодых ярких звезд, каждый из которых оставил заметный след в науке.

 

По-разному сложились жизненные пути друзей-«мушкетеров». Георгий Гамов, окончив университет, поступил в аспирантуру Радиевого института. Через два года его командировали в город Геттинген на стажировку к Максу Борну. Находясь за рубежом, Гамов сделал первостепенной важности открытие, связанное с проблемой альфа-распада радиоактивных ядер, и вернулся на родину прославленным физиком. Однако, когда осенью 1931 года он получил приглашение участвовать в конференции в Риме, власти отказали ему в выездной визе.

 

Став невыездным, Гамов, тогда уже член-корреспондент АН СССР, занялся созданием Института теоретической физики, в котором предполагалось, что вместе с ним основные позиции займут Ландау и Бронштейн. Этот проект провалили академики-экспериментаторы, и тогда Гамов твердо решил навсегда покинуть Советский Союз. Воспользовавшись персональным приглашением на Седьмой Сольвеевский конгресс, Гамов с женой выехали осенью 1933 года в Брюссель, и после окончания работы конгресса они отправились на ПМЖ в США.

 

Благодаря блестящим успехам в теоретических исследованиях в области ядерной физики, космологии и биологии Георгий (Джордж) Гамов вошел в число выдающихся физиков ХХ века. Он умер в августе 1968 года и похоронен в городе Болдер, штат Колорадо.

 

Второго из трио «мушкетеров», Льва Ландау, после университета зачислили в аспирантуру Ленинградского физико-технического института (ЛФТИ). В 1929 году Наркомпрос направил его на полтора года в европейские научные центры, где он был дружелюбно принят многими известными физиками-теоретиками. Длительное знакомство с ними и их новейшими исследованиями весьма существенно проявилось в его дальнейшей научной деятельности.

 

В 1936 году Ландау вернулся в Ленинград, но год спустя уехал в Харьков, где возглавил теоротдел в Украинском физико-техническом институте (УФТИ). Пять лет пребывания в Харькове были исключительно плодотворными. Он опубликовал более двадцати важнейших работ, создал физическую школу, одну из лучших в стране.

 

Наступил злопамятный 1937 год. Репрессивный сталинский каток докатился до УФТИ. Последовали аресты сотрудников, двоих из которых расстреляли. Такая же участь грозила Ландау. Спасаясь, он уехал в Москву, где год с небольшим работал в Институте физических проблем у академика П. Л. Капицы. Но и там его нашли: 27 апреля 1938 года арестовали по обвинению в контрреволюционной деятельности. Вряд ли бы он уцелел, если бы не энергичная настойчивая помощь Петра Леонидовича. Благодаря ему Ландау, отсидев в тюрьме ровно год, вышел на свободу.

 

После вынужденного перерыва у Льва Давидовича начался новый период научного творчества, в течение которого он выполнил ряд уникальных работ, принесших ему славу одного из самых выдающихся физиков-теоретиков своего времени.

 

7 января 1962 года Ландау по пути в Дубну попал в крупную автомобильную аварию. Кроме множества ушибов и переломов врачи обнаружили у него серьезные травмы черепной коробки и мозга. Лучшие мировые нейрохирурги и травматологи боролись за жизнь гениального ученого. Они спасли его, и он, прожив еще шесть лет, скончался 1 апреля 1968 года, на четыре месяца позже своего друга Георгия Гамова.

 

Лев Ландау любил и ценил Матвея Бронштейна. Их дружба оказалась самой прочной среди участников «Джаз-банда». Жена Бронштейна рассказывала, что Ландау часто посещал их семью. Обычно друзья уединялись в комнате Матвея, где часами обсуждали важные вопросы новейшей физики. Так, например, в ходе этих бесед родилась совместная работа «Второй закон термодинамики и Вселенная», опубликованная в 1933 году в немецком физическом журнале. В те же годы Ландау задумал написать учебник по теоретической физике. Разумеется, соавтором он выбрал своего друга Бронштейна, уровень знаний которого не уступал его собственным. Сохранилась копия рукописи первой части учебника с надписью на титульном листе: «М. Бронштейн, Л. Ландау. Статистическая физика». Однако арест Матвея Петровича прервал многообещающее сотрудничество двух замечательных физиков. Позднее Ландау нашел другого достойного соавтора — Е. М. Лифшица. Они создали многотомный труд «Курс теоретической физики», который стал основным пособием для физиков многих стран мира.

 

Лидия Чуковская



Переслал: Тамара Артамонова
Внимание! Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции. Авторские материалы предлагаются читателям без изменений и добавлений и без правки ошибок.



100%
голосов: 20


РЕКОМЕНДУЕМ:

ТЕГИ:
очерки

ID материала: 36850 | Категория: Очерки. Истории. Воспоминания | Просмотров: 1368 | Рейтинг: 5.0/20


Всего комментариев: 1
avatar
1
А что Я.Кедми везде свой нос сует??
разведчик Х....


Мы уважаем Ваше мнение, но оставляем за собой право на удаление комментариев.
avatar
Подписка



Поиск
Архивы
Архив 2011-2020
Архив рассылки
www.NewRezume.org © 2011-2020
Администратор
tea_club@mail.ru
Яндекс.Метрика Индекс цитирования
Сайт содержит материалы (18+)
Правообладателям | Вход