Точное время
Нью-Йорк:
Берлин:
Иерусалим:
Москва:
Главная » Очерки. Истории. Воспоминания » Экспериментатор

Экспериментатор

2018 » Июнь » 18      Категория:  Очерки. Истории. Воспоминания




Шрифт:  Больше ∧  Меньше ∨
Выберите язык:



В середине 90-х режиссёр Андрей И придумал и снял фильм «Научная секция пилотов» – о терактах в метро. Фильм нашумел, но обсуждали его как утопию из далёкого будущего. А буквально через несколько месяцев серия подобных терактов прокатилась по всему миру. «Никакого дара провидения у меня нет, – сухо резюмирует Андрей И. – Чистая аналитика». Но кино с тех пор не снимает. Почему?

– Вам не повезло, если вы не жили в эпоху перемен 90-х. Страшно замечательное время. Я напомню. Поколение сегодняшних 50-летних мэтров – Фёдор Бондарчук, Иван Охлобыстин, Максим Осадчий, – в начале 90-х мы все учились на параллельных курсах ВГИКа. Безумствовали и мечтали о кино, которого… не было. Прокат развалился, зрители в кино не ходили – кинотеатров нет! Денег на кино никто не давал – надо было самим где-то добывать. Но не снимать мы не могли, мы же учились этому со всей страстью. Помню, как мы дико позавидовали одному парню, который вдруг нашёл огромную сумму на свой проект. Думали – ну как же повезло! Но прошло полгода.  И выяснилось: деньги дали криминальные структуры, которые потом вдруг передумали и попросили их обратно. А он всё уже потратил.  Больше мы этого парня не видели…

Кто-то зарабатывал, делая клипы и рекламные ролики.   Снимали, как маленькое кино! Я дружил тогда с Тимуром Бекмамбетовым. Тимур тратил на съёмку 30-секундного ролика столько плёнки, сколько могло хватить на полнометражный фильм. Мог себе позволить!  В рекламе денег было немерено…

Я тоже прошёл через рекламу, клипы, в том числе предвыборные. Это была моя история – клип «Наш дом Россия». Помню, работу принимал сам Черномырдин в студии у композитора Алексея Рыбникова на Арбате. И вот приехал... Начали просмотр.  Ждал, что обязательно начнутся капризы: это не то, то не то…  А Черномырдин посмотрел и быстро подвёл черту: «Ну что, нормально». Потом посмотрел на меня: «О, какие у тебя интересные татуировки. А у меня тоже есть…» Тут же показал свою –  из армейской жизни. Накрыли стол, сели, выпили. Хороший был мужик…

 

 

Ну как человек может относиться к своей молодости? Конечно, как к великой сказке, которую уже не вернёшь. И 90-е, несмотря ни на что, для меня всё равно восторг.  Было же безграничное поле возможностей. Мы делали что хотели. И никто нас не ограничивал – а потому что некому было! У нас в полном смысле слова была возможность делать новое российское кино. Что из этого получилось – это уже другая тема. Но весело было.

Я привык надеяться только на себя. Меня с детства учили быть осторожным, осмотрительным, хитрым, но в то же время воспитывали физически развитым, почти по-спартански. Иногда пороли. И когда пришло время сказать: «Я мужчина», — это означало, что я сам отвечаю теперь за свою жизнь и жизнь тех людей, которых веду за собой.

Я чётко понимал тогда: если не стану известным режиссёром, зачем учился профессии? Да, ситуация в кино патовая. Ну, значит, надо ещё больше включать выдумку!  На первый свой фильм деньги я нашёл удивительно просто. Пришёл в банк и на голубом глазу заявил: «Дайте деньги на кино». Видимо, банк уже загибался и им нужно было куда-то списать энное количество тугриков, поэтому мне дали буквально тут же и без всяких расписок! Это был первый шаг. Дальше, нужно было придумать кино, от которого у всех снесёт башку. То есть если делать ужастик, то такой, чтобы в зале во время просмотра людей тошнило. 

Идея фильма была бредовой. Но именно так и надо было поступать в те 90-е годы. И я своего добился: человека два-три на «Конструкторе красного цвета» реально стошнило. Эффект стоил того: я сразу стал известным, фильм показали на Московском фестивале наравне с фильмами мэтров мирового уровня. Я тогда ко всему прочему ещё и сознательно выстраивал свой имидж: ходил в псевдовоенных мундирах – эполеты, галифе, лампасы…  Эпатировал! Ради чего? Да чтобы на улице каждая собака узнавала! Эпатаж как приём действовал тогда безотказно. При этом я прекрасно понимал: эпатаж – это часть игры, но это и клеймо. А клеймо нужно переплавить в визитную карточку новатора. Сделав суперпроект – дорогой, с хорошими, популярными актёрами и внятным сюжетом.

Так родилась идея фильма о терроре «Научная секция пилотов». Но где будут происходить страшные события фильма? Конечно, там, где этого не может быть по определению в Москве – в метро! Чтобы получить разрешение на съёмки, надо было познакомить со сценарием тогдашнего руководителя метрополитена Дмитрия Гаева. Как он был взбешён, прочитав материал! «Вы понимаете, что это не просто абсурд! Намного вероятнее террор на Луне, чем в московском метро!»

Это уже потом секта Сёко Асахары «Аум Сенрикё» проведёт свою зариновую атаку в токийском метро, потом будет серия террористических актов в Москве, и не только в Москве… И уже спустя много лет очень уважаемый мною человек из ведомства на Лубянской площади пожмёт мне руку и очень скупо отметит: «Вы очень хороший аналитик».

 

anons.jpg

Марьяна Цареградская в фильме "Научная секция пилотов"

Несмотря на странность сценария, мне удалось собрать суперкоманду – лучших в своём деле. Без преувеличения – киноклассиков: оператора Игоря Клебанова и художника Виктора Петрова. На одну из главных ролей был приглашён основатель «Чёрного обелиска» рок-музыкант Анатолий Крупнов… Музыкой для фильма увлёкся безумно популярный в то время Сергей Курёхин. Также согласились сниматься замечательные Виктор Павлов и Лидия Федосеева-Шукшина. Но главной удачей была неизвестная, но очень точно угаданная мной главная актриса – Марьяна Цареградская. 

Марьяна появилась неожиданно, сразу и навсегда. Помимо обаяния и хорошей актёрской школы у неё была смелость и дерзость. В ней было всё, что нужно интересному актёру, – она была разрушительницей всех известных канонов. Помню, был момент, когда мне стало за неё очень страшно. При подготовке к очередному кадру Марьяна сидела на своём персональном стульчике главной героини. Учила текст. В порыве репетиции от её неосторожного движения сценарий упал на пол. Марьяна нагнулась. И в этот момент мощный порыв воздуха, а в туннелях метро очень сильный ветер, сорвал с осветительного прибора дюралевый круг светового ограничителя. Словно запущенная умелой рукой ниндзя, эта массивная тарелка с бешеной скоростью врезалась в бетонную стенку прямо за спиной Марьяны. Если бы она не нагнулась, то дюралевый диск врезался бы в голову...

Фильм получил приз прессы на фестивале «Киношок» и премию «Ника». Я добился того, о чём мечтал. И… понял, что должен отказаться от этой жизни. Постараюсь объяснить. Кино, конечно, ужасный наркотик. Режиссёр создаёт свою реальность. Создаёт с помощью механизмов –  в данном случае это живые людей. Ты из актёра лепишь всё, что хочешь. Ты можешь заставить человека заплакать, упасть, изваляться в грязи. И очень сложно не перейти тут грань – своей власти. А грань очень тонкая. И многие её переходят, потому что это упоительно – чувствовать себя властителем человеческих судеб.

В фильме был такой эпизод: начальник метрополитена, её играла Лидия Федосеева-Шукшина, в своём кабинете должна была кормить аквариумных рыбок. Только рыбки были не простыми – настоящие пираньи. А кормом были здоровенные мадагаскарские тараканы. Начальница жёстко накалывала бедняжек острым шилом и отправляла в аквариум. В одном из дублей шило упало в воду. Аквариум был солидных размеров, и для того, чтобы достать шило, нужно было опустить в воду руку по локоть… среди голодных пираньей. Добровольцев не находилось, а время шло. Ситуация становилась трагикомичной, но оставалась безвыходной. 

И тут в зале появилась штатная уборщица (съёмки проходили в здании Театра Советской армии). Второй режиссёр Оля Аносова совершенно дежурным, мало эмоциональным и одновременно командным голосом, спокойно произнесла: «У нас шило в аквариум упало. Достаньте». Старушка – пенсионерка, ветеран труда, вечная труженица – закатала рукав и, не подозревая об опасности, опустила руку в аквариум. Не надо говорить, что для всех присутствующих это было шоу «Хочу посмотреть, как едят человека». Движения пальцев, как любое движение, – это сигнал для хищника. А у стаи хищников первое же нападение превращается в страшную массовую атаку. Пираньи, как акулы, не останавливаются, укусив жертву. Они на скорости вырывают куски мяса, не успев всё проглотить, разворачиваются и снова устремляются к жертве… Уже через несколько секунд наступает болевой шок и нередко печальный финал –  сердечный приступ. В нашем случае пираньи не только не напали – они испугались и забились в дальний угол аквариума. Через несколько секунд проблема была решена.

В отличие от большинства присутствующих тогда в зале я знал об этой опасности. Но не остановил старушку. Почему? Тогда я действовал интуитивно. Это только сейчас пытаюсь рассуждать. Мне кажется, что режиссёр принципиально отличается от обычного руководителя, директора завода или начальника автоколонны. Каждодневная непредсказуемость событий незаметно навязывает режиссёру уверенность в том, что он в какой-то мере сверхчеловек. Страшная профессия, она настолько глубоко впитывается и в сознание, и в подсознание, что обязательно начинает проявляться негативом своей исключительности и в обычной жизни. И третьего не дано. Или режиссёр должен абсолютно, до последнего атома быть нацелен на профессию, на достижение максимального результата, или быть на четверть папой, на четверть мужем, на четверть хорошим человеком и… Но на четверть быть режиссёром нельзя.

Был и ещё один важный момент, который заставил меня отказаться от прежней жизни. Мне сделали предложение, от которого невозможно было отказаться, – стать ведущим в программе «Искатели». Понимаете, игровое кино – оно развлекает, но по большому счёту ничего нового людям не даёт. Другое дело документальное кино, в том числе связанное с путешествиями, – это классическое познавательное кино. Ты рассказываешь людям о чём-то новом. И это та миссия, за которую не стыдно, – достойная миссия.



Источник
Внимание! Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции. Авторские материалы предлагаются читателям без изменений и добавлений и без правки ошибок.



100%
голосов: 7



ТЕГИ:
Экспериментатор

ID материала: 27970 | Категория: Очерки. Истории. Воспоминания | Просмотров: 967 | Рейтинг: 5.0/7


Всего комментариев: 1
avatar
1
"В США на 46-м году жизни скончалась российская актриса Марьяна Цареградская, известная по роли Екатерины Долгорукой в историческом сериале Светланы Дружининой «Тайны дворцовых переворотов»."


Мы уважаем Ваше мнение, но оставляем за собой право на удаление комментариев.
avatar
Подписка



Поиск
Оптимальное количество материалов в одном письме рассылки
Всего ответов: 319
Мы в соц.сетях
Мы в linkedin

www.NewRezume.org © 2019
Главный редактор: Леонид Ходос
leonid@newrezume.org
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Индекс цитирования
Сайт содержит материалы (18+)
Правообладателям | Вход