Точное время
Нью-Йорк:
Берлин:
Иерусалим:
Москва:
ПОИСК ПО САЙТУ
Мы в СОЦ Сетях
Главная » Наука и техника » Подземные тайны майя

Подземные тайны майя

2016 » Июль » 5      Категория:  Наука и техника

Шрифт:  Больше ∧  Меньше ∨
Древние майя оставили немало загадок — чего стоит одно только предсказание конца света. Но их главная тайна — так называемые сеноты. С этими священными колодцами связан секрет возникновения майянских городов-государств, знаменитый календарь майя, астрономия и даже пирамиды. А как именно связаны, сегодня, облачившись в костюмы дайверов, начинают выяснять в недрах сенотов археологи.
Текст: Альма Гильермоприето Фотографии: Пол Никлен и Шаул Шварц
 

На краю маленького кукурузного поля неподалеку от руин древнего города Чичен-Ица дерево раскинуло скудную тень над глубоким колодцем. Оттуда, из самых недр земли, эхом разносится громкий крик: «?Lo vi! ?Lo vi!» («Я видел, я видел!») — «?S?, es verdad!» («Да, это правда!»).

Подводный археолог Гильермо де Анда не верит своим ушам: он так долго ждал этих слов, что уже не надеялся их услышать! «Что правда, Артуро?» Его напарник, археолог Артуро Монтеро, кричит в ответ со дна колодца: «Свет солнца в зените! Все работает! Давай спускайся!». Восторг переполняет Монтеро, и вслед за словами несется по-детски ликующий возглас.

В 2010 году де Анда, который к тому времени успел погрузиться в десятки подобных сенотов — колодцев естественного происхождения, расположенных на полуострове Юкатан, где когда-то процветала великая цивилизация майя, — начал исследовать Хольтун по приглашению маститого археолога Рафаэля Кобоса. Погрузившись под воду на несколько метров и изучая стенки колодца, Гильермо вынырнул из небольшой впадины — и уперся головой в каменный выступ. Каково же было изумление ученого, когда он увидел, что на выступе были аккуратно разложены подношения божествам — человеческий череп, керамические изделия, череп собаки, кости оленя и обоюдоострый нож, который, вероятно, служил для жертвоприношений. Все это пролежало здесь сотни лет. Налобный фонарь де Анды осветил обломки колонн, изваяние антропоморфного ягуара и статую, похожую на небольшие каменные фигуры в Храме воинов в Чичен-Ице, где, по замыслу скульптора, они должны были поддерживать небо. Без сомнения, этот колодец посреди кукурузного поля был священным местом с незапамятных времен. Но почему?

 

В последние двадцать лет археологи обращают все больше внимания на роль зенитного солнца в верованиях майя. И лишь совсем недавно стало проясняться, как все эти верования влияли на архитектуру и планировку городов.

 

Де Анда — прославленный археолог-подводник, однако нового шанса поработать в сеноте Хольтун и разгадать загадку он ждал три года: с финансированием было туго. Артуро Монтеро, сотруднику университета Тепеака, вообще в итоге пришлось отправиться в экспедицию за свой счет. Но он решился на это, так как за эти три года у де Анда и Монтеро появилась гипотеза, объясняющая священную природу колодца и требующая обязательной проверки.

Наконец настал долгожданный день: Монтеро и студент Данте Гарсиа Седано облачились в водолазные костюмы и страховочное снаряжение, а помощники из местных фермеров майя спустили их в колодец на веревках. И вот теперь из колодца неслись крики и радостные вопли, а тем временем фермеры спустили туда сначала надувной плот, а вслед за ним и меня. Де Анда, с которого под палящим солнцем Юкатана ручьями лил пот, еле влез в резиновый костюм — но в конце концов и его опустили на 20 метров в глубь колодца. Пожалуй, впервые за много веков нам четверым предстояло увидеть шествие бога солнца по водной глади сенота.

Де Анда и Монтеро рассуждали так — дважды в год, 23 мая и 19 июля, солнце в этих краях достигает зенита — оно встает вертикально над головой и предметы перестают отбрасывать тень. Между тем известно, что астрономия была для майя священным занятием, а календарь майя и сегодня славится точностью расчетов. Монтеро и де Анда предположили, что майя выверяли календарь так: астрономы спускались в колодец Хольтун и выжидали момента, когда вертикальный луч света пронзит воду и утонет в глубине, не отразившись на сводах. Такое могло случаться лишь 23 мая и 19 июля, когда солнце оказывается в своей высшей точке. То есть вода на дне этого неприметного природного колодца превращалась для древних майя в священные солнечные часы и хронометр дважды в год.

Узкое отверстие колодца-сенота было обманчиво. Внутри его стены расступались, превращаясь в огромный свод, который напоминал бы купол собора — если бы не корни деревьев, продиравшиеся к воде сквозь толщу камней. Маленькое отверстие колодца имело форму прямоугольника: вероятно, в соответствии с представлениями майя о том, что у космоса четыре угла. Оно впускало солнечный свет, который плясал на украшенных сталактитами стенах. Казалось, даже поверхность воды загоралась в тех местах, куда ударяли лучи света, и непроницаемо-темные глубины становились прозрачными, окрашиваясь в нежный бирюзовый цвет.

Это было 24 мая — следующий день после зенита. Солнечные лучи падали почти вертикально, так что Монтеро не сомневался: накануне, когда солнце стояло в зените, столб света погружался прямо в воду. Солнце уже больше не метало в колодец копья света, продолжив свой путь, а тем временем во вновь сгустившейся тьме двое друзей с упоением обсуждали, что они видели и что все это значит. «?Un abrazo, hermano!» («Обнимемся, брат!») — воскликнул Монтеро, и друзья бросились друг к другу прямо в воде и шумно обнялись. Хотя это были и не все догадки, которые им еще предстояло доказать.

Ученым давно известно, что, по представлениям майя, пещеры и сеноты являли собой врата, ведущие в потусторонний мир — царство Чака, бога животворящего дождя. В последние двадцать лет археологи обращают все больше внимания на роль зенитного солнца в верованиях майя. И лишь совсем недавно стало проясняться, как все эти верования влияли на архитектуру и планировку городов.

Сенот расположен к северо-западу от главной лестницы Эль-Кастильо — знаменитой центральной пирамиды Чичен-Ицы в пределах городской черты. Известно, что в день весеннего равноденствия по одной из сторон главной лестницы пирамиды сползает змеиная тень, наколдованная солнечным лучом, — ради этого зрелища сюда каждый год стекаются тысячи туристов. Некоторые из них не прочь прогуляться чуть дальше, до Священного сенота — колодца, поглотившего несметное количество жертв богам, в том числе человеческих. А 23 мая, в день зенита, как обнаружили ученые, солнце поднимается по линии северо-восточного ребра центральной пирамиды и садится прямо по линии западной лестницы, именно той, на продолжении которой лежит неприметный колодец Хольтун.

Теперь де Анда и Монтеро предполагают, что майя, возводя свои грандиозные сооружения, во многом ориентировались на расположение природных колодцев. Знаменитый Священный сенот находится к северу от центральной пирамиды Эль-Кастильо, а к югу и юго-востоку есть еще два колодца. Возможно, Хольтун, расположенный к северо-западу от пирамиды, был еще одной вершиной невидимого ромба, который определил планировку священного города и его главной пирамиды. Если эти догадки подтвердят дальнейшие исследования, значит, будут установлены точки, задающие систему координат Чичен-Ицы.

 

Почему великие города-государства майя на полуострове Юкатан пали один за другим, до сих пор остается загадкой. Но еще большая загадка — как они вообще сумели возникнуть в столь тяжелых для земледельца условиях.

Во всяком случае, на это уповает де Анда. Пока же фермеры майя, облаченные в шорты и вьетнамки, вытащили археологов из колодца. Вокруг шелестели кукурузные поля, изнывающие под палящим солнцем, но Луис Ун Кен — старший в команде, человек улыбчивый и уважаемый всеми односельчанами, по натуре оптимист. «На днях хорошо пролило, — сказал он, смахивая пот с лица. — Чак зашевелился».

Для таких, как Ун Кен, древние боги живы и по сей день, и среди них Чак, могучий властитель сенотов и пещер. На благо всего живого он изливает с небес воду, которую хранит в глиняных кувшинах в пещерах. Чак единый и многосущный: с каждым раскатом грома он воплощается вновь и вновь, чтобы разбить кувшин и выпустить дождь.

Каждое божество обитает в отдельном «параллельном» мире, из которых слагается космос. Помимо земного царства есть еще 13 небесных и 9 подземных миров, населенных десятками богов, которые то благоволят людям, то обрушивают на них свой гнев. Все вместе они наполняли жизнь древних майя грезами, видениями и страхами. Это они задавали годовой цикл сельскохозяйственных работ, ритуалов плодородия, да и вообще весь существующий порядок вещей. Слова Ун Кена о том, что Чак зашевелился, означали, что не за горами посевной сезон.

Когда Чак не показывается слишком долго, на индейцев Юкатана обрушивается масса бед и несчастий. В полной мере их можно осознать, лишь ступив ногой на эту твердокаменную землю, похожую на лунную поверхность, — огромный, без конца и края выступ скалы из известняка, который жадно забирает малейшие капли влаги. Дождь просачивается сквозь известняк до уровня грунтовых вод — так что на земле нет ни рек, ни ручьев. Последняя надежда земледельца здесь — сеноты. Они не что иное, как воронки в известняке, достающие до подземных вод. И неудивительно, что эти природные колодцы были для майя самыми святыми из мест, а бог дождя Чак повелевал именно сенотами.

Хотя с воздуха кажется, будто внизу шумит зеленое море густых джунглей, на уровне земли тропический лес предстает совсем другим — редкие худосочные деревья цепляются корнями за грунт, заполняющий «карманы» и «гнезда», которыми усеян известняк. Там, где впадины с грунтом достигают достаточно крупных размеров, майя засевают кукурузное поле или мильпу — смешанные посадки кукурузы, тыквенных культур и бобовых, которые служат здесь основным источником растительного белка.

Но кукуруза ненасытна — она истощает почву, высасывая из нее максимум питательных веществ. Тысячелетиями земледельцы майя спасаются тем, что каждый год выжигают новый участок леса и сеют кукурузу на удобренных пеплом полях. Для нас это — беспощадное сведение лесов, а для майя — единственный шанс выжить.

А где же взять воду для полей? Вот тут-то и не обойтись без Чака. Кукуруза не вырастет без сезонных дождей, причем они должны выпадать по строго определенному циклу. Зимой дожди не нужны, иначе к марту поля и леса не просохнут и не будут гореть. Скудные дожди в начале мая смягчат почву перед посевом, и совсем уж мелкий дождик поможет семенам прорасти и дать побеги. Тогда-то и явится юный бог кукурузы в виде едва оформившегося початка. И наконец, должны пролить ливни, чтобы молодые стебли тянулись все выше и выше, а спелая кукуруза наливалась зерном. Если на любом этапе цикл нарушится и дожди пойдут нерегулярно и неравномерно, это неминуемо скажется на урожае.

Почему великие города-государства майя на полуострове Юкатан пали один за другим, до сих пор остается загадкой. Но еще большая загадка — как они вообще сумели возникнуть в столь тяжелых для земледельца условиях.

А они и не просто возникли — процветали. Тысячу лет назад население империи исчислялось миллионами, и северные майя возвели такое великое множество городов — на сухих северных землях, непременно рядом с живительными сенотами, — что археолог и сегодня не уйдет из лесов Юкатана с пустыми руками: здесь повсюду нетронутые руины. Порой их прежние обитатели пожинали обильный урожай, а порой изнывали от такой долгой засухи, что уровень грунтовых вод мог понизиться метров на шесть. В тяжкие времена в колодцах оставляли подношения богам — этим и объясняет Гильермо де Анда «склад» в сеноте Хольтун.

Через пару дней после того как солнце стояло в зените над Юкатаном, мы с археологом и исследователем пещер Дональдом Слейтером пробирались по тропинке, вьющейся между кукурузными полями и лесом в нескольких километрах от Чичен-Ицы. Вдруг кивком головы он указал направо и коротко бросил: «Вон она». В полном замешательстве я огляделась вокруг, но «ее» так и не увидела: слева от нас тянулись кукурузные поля, а справа — лес. «Да вон же!» — улыбнулся Слейтер. Ряд тощих деревьев, а за ними другой, третий — и больше ничего.

Но вот смутные очертания сгустившихся зарослей метрах в пятидесяти от тропы преобразились в крутой холм. Никаких крутых холмов в этих краях и в помине нет. Зато есть пирамиды. Наша оказалось очень высокой. А прямо напротив ее юго-западного угла зияла огромная пещера.

Для майя пещера была широко разверстым ртом земного божества, пожирателя всего живого — а быть может, и одним из обиталищ Чака. Слейтер надеялся доказать свою гипотезу, вернее, даже две: во-первых, что эта пещера — священный наблюдательный пункт, с которого удобно встречать солнце в зените. И во-вторых, что при планировании построек майя ориентировались не только на сеноты, но и на пещеры. В частности, Слейтер уверен, что «наша» пирамида — уже известная археологам, но до сих пор так до конца и не исследованная — была ориентирована относительно пещеры.

У входа в пещеру Слейтер указал на остатки ступеней, высеченных сотни лет назад. Возможно, по ним шаманы спускались в утробу Земли. В ночь, предшествовавшую зенитному солнцу, жрецы, предполагает Слейтер, воздерживались от пищи и предавались ритуальным пляскам и песнопениям под звуки барабанов и двухкамерных глиняных флейт, подобных тем, что он обнаружил внутри пещеры. Так они восхваляли бога солнца за то, что он вновь возвел светило на самую вышину и призвал благодатный дождь.

У подножья пирамиды мы терпеливо ждали. Когда часы показали 8:07 утра, над одной из граней выплыл тяжелый оранжевый шар и, помедлив пару секунд, явился во всей своей ослепительной красе. Поднявшись над вершиной древнего сооружения, солнце наполнило всю пещеру огненным светом.

А много веков назад оно, дважды в году достигая зенита, исполняло свой танец на площадке, венчавшей ныне разрушенный юго-восточный угол пирамиды.

Контуры пирамид Юкатана повторяют траекторию восхода и захода солнца в дни равноденствия и достижения зенита. Для древних майя они были космическими хронометрами, устремленными ввысь, будто небесные антенны.

Жива ли сегодня у майя память о великих обрядах? Я исколесила весь Юкатан в поисках ответа на этот вопрос.

Выяснилось, что в бедных земледельческих общинах, где сегодня живет большинство майя, по-прежнему признают и уважают Чака. С началом каждого сезона здесь возносят ему особую, продолжительную молитву о дожде — ча-чак.

В 130 километрах к юго-востоку от Чичен-Ицы, в окрестностях региона, который носит громкое название Ривьера-Майя (чем одновременно и заманивает туристов, и вводит их в заблуждение), затерялось селение Чунпон. Оно входит в специально отведенную правительством Зону майя, занимающую значительную часть полуострова Юкатан. Я побывала в Чунпоне в компании Пастора Камаля.

Пастор водит экскурсии, с гордостью именуя себя независимым гидом. Как и многие его соплеменники, он крусоб. Так называют тех, кто верует в Говорящий крест — святыню для коренного населения со времен Юкатанской войны рас, восстания майя, начавшегося в XIX веке, а завершившегося лишь в 1935 году. Пастор, потомок воинов, сражавшихся с правительственными войсками, две недели в году круглые сутки стоит на часах в священном гарнизоне, охраняя крест.

«По сути, крусобы — это уцелевшие майя», — объяснял мне Камаль, когда мы с ветерком катили по шоссе по направлению к его родному городу. Это было явным преувеличением: Война рас не выплеснулась за пределы полуострова, а сегодня около пяти миллионов индейцев майя населяют территорию, охватывающую треть Мексики в южной части, б? льшую часть Белиза и Гватемалы, запад Гондураса и Сальвадора. Но по сути Камаль прав: на Юкатане война не обошла стороной ни одну деревню.

Я спросила Камаля, как в его душе уживаются древние боги майя и Христос, к которому индейцы частенько взывают, порой именуя его Наш Господь Святейший Крест в Трех Лицах. «Мы политеисты», — ответил Камаль. Как это ни удивительно, в Зоне майя практически нет католиков. Зато есть хмемы — шаманы, целители и колдуны, которые обыкновенно узнают о своем призвании во сне, а затем выступают посредниками между богами и верующими.

Под испепеляющими лучами полуденного солнца Камаль ненадолго завез меня в Чунпон, свое родовое гнездо. В овальной хижине, где готовили еду, были подвешены в ряд несколько гамаков, в каждом из которых, мягко покачиваясь, возлежал какой-нибудь родственник Камаля. Все родичи о чем-то увлеченно беседовали. В помещении было бы прохладнее, если бы не очаг — три больших камня на земляном полу венчала огромная железная сковорода, под которой алели тлеющие угли.

Читать далее:

http://www.nat-geo.ru/science/45285-podzemnye-tayny-mayya/#full

 



Источник: www.nat-geo.ru
Автор: Альма Гильермоприето
Внимание! Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции. Авторские материалы предлагаются читателям без изменений и добавлений и без правки ошибок.





РЕКОМЕНДУЕМ:

ТЕГИ:
наука

ID материала: 15227 | Категория: Наука и техника | Просмотров: 1140 | Рейтинг: 5.0/7


Всего комментариев: 0


Мы уважаем Ваше мнение, но оставляем за собой право на удаление комментариев.
avatar
Подписка


Реклама
Статистика
Материалов: 16349

Пользователей:
Онлайн всего: 471
Гостей: 467
Пользователей: 4
strukowwl, nura37, msodmitrievna, visitor376

Яндекс.Метрика Индекс цитирования
Глава РФ Владимир Путин перешагнул все возможные красные линии, поэтому Запад вынужден признать его убийцей, упомянув о ...       Блюда из белковых продуктов могут быть совсем не скучными. Предлагаем тебе очень вкусные решения из греческой кухни. И о...       Будущий год несет много «вкусного» любителям любого жанра. И обещает, что мы не один раз «выпадем» из жизни, увлеченно н...       101. Неспособный выдержать плохое, не доживет, чтобы увидеть хорошее 102. Когда приходят к тому, что можно жить прилично...       Все знают, что греческие острова прекрасны, но единицы смогут вспомнить название хотя бы пяти, не говоря уже о том, чтоб...      
www.NewRezume.org © 2016
Главный редактор: Леонид Ходос
leonid@newrezume.org
Индекс цитирования
Сайт содержит материалы (18+)
Правообладателям