Точное время
Нью-Йорк:
Берлин:
Иерусалим:
Москва:
ПОИСК ПО САЙТУ
Мы в СОЦ Сетях
Главная » Очерки. Истории. Восспоминания » Судьба. Яков Фрейдин - Судьба музыканта

Судьба. Яков Фрейдин - Судьба музыканта

2016 » Март » 4      Категория:  Очерки. Истории. Восспоминания

Шрифт:  Больше ∧  Меньше ∨

Он ловко забросил свой нехитрый багаж на верхнюю полку, оставив внизу лишь кожаную походную сумку. Легкий стук и, не дожидаясь ответа, дверь купе с рокотом соскользнула вбок. В проёме стоял хмурый проводник, исподлобья разглядывая единственного пассажира.

Подумал: «Как они всё называют уменьшительно: билетик, тарелочка, кушеточка. Эдакая сервильность…» Пошарил в кармане дублёнки, вынул бумаги. Отдал.

 

      Да, конечно, будьте любезны, - сказал Лев и протянул проводнику доллар.

      Да я мигом, вы пока устраивайтесь, - сказал он уже приветливее, - никого к вам не подсажу, один поедете! Только вы вот что, дверь держите на запоре. Вот тут. А то сами знаете, времена нынче лихие, банды всякие гуляют. Наш поезд, бывает, грабят…

*  *  *

 

Старая Россия в годы гражданской войны и красного террора напоминала буйно помешанного самоубийцу. Побушевала в конвульсиях и померла. Однако её крохотный аппендикс, отделившийся от больного тела ещё до катастрофы, сохранился, даже расцвёл, и зажил своей изолированной жизнью. Жизнью иной, особенной, но всё же так похожей на старое доброе время! Этот аппендикс существовал в Китае, а точнее в Шанхае и Харбине, куда хлынули, спасаясь от красных и белых, толпы разного люда: служащие КВЖД (Китайско-Восточной Железной Дороги), аристократы, ремесленники, врачи, музыканты – в массе народ образованный и предприимчивый. Впрочем, прибыли также уголовники и прохиндеи всех мастей. В Харбине эта криминальная публика селилась в районе под соответствующим названием «Нахаловка». Советская Россия открыла в Харбине генеральное консульство и торговое представительство, начиненные чекистами и шпионами, тесно кооперирующими с населением Нахаловки.

*  *  *

 

В то время японцы захватили Манчжурию и оккупировали Харбин. Они, как безумный хирург, полоснули ножом по крохотному русскому аппендиксу. Жизнь в городе стала приходить в упадок. Бизнесы разорялись. Культурная жизнь затихла. Процветала лишь Нахаловка, превратившись в сплошной публичный дом. Народ уезжал – кто перебирался в Шанхай, а у кого были деньги и связи, в Америку. Кое-кто даже подумывал о возврате в Советский Союз. Слухи из СССР были тревожными, но никто толком не знал и не понимал, что там происходит. Лёвина подружка детства Рая Бочлен, чьи родители были родом из Одессы, написала Льву в Токио, что она с родителями и братом решила ехать в СССР. Лёвин отец к тому времени владел аптекой и дела его под японской оккупацией шли к разорению. Он тоже подумывал об отъезде из Харбина. Идея переезда Лёвы в Филадельфию ему не нравилась совсем. Самуила опять тянуло на родину, и он боялся, что никогда больше не увидит сына, если тот уедет в Америку. Он ответил Лёве отказом.

Весной 1936 года советский посол в Японии Юренев пригласил Лёву на первомайский банкет в посольстве. Шиферблат был категорически против любых контактов с советскими, но строптивый Лёва приглашение принял. На банкете посол поднял тост за его здоровье и сказал, что, по мнению советского правительства (подразумевая Сталина), такой талант, как Лев Тышков должен продолжить своё образование в Московской консерватории, и посольство готово в этом оказать всяческое содействие.

Как и 12 лет назад, они опять двинулись на запад с куда большим комфортом, радужными надеждами, но и с какой-то неясной тревогой в душе… Вместе со Львом  в Москву ехал его двоюродный брат и друг детства Ананий (Нана) Шварцбург, талантливый пианист, большой весельчак и гуляка.

Московская консерватория в те годы переживала расцвет. Лёву сразу приняли в класс профессора Абрама Ильича Ямпольского, выдающегося скрипичного педагога, а Нану в класс профессора Игумнова. Нана однако, в отличие от своего двоюродного брата, больше интересовался поэзией, новыми друзьями, девочками. А вот Лёва полностью погрузился в занятия на скрипке и готовился к сольному концерту в Большом Зале. И всё же это была весёлая студенческая жизнь. Им было по 20 и молодые люди, выросшие в другой стране в атмосфере свободы, не видели и не понимали окружающей их зловещей обстановки, были беззаботны, самоуверенны и наивны. Рано или поздно это должно было себя проявить. И проявило.

Его взяли 1-го декабря, среди бела дня, прямо в консерватории. Два чекиста с цинковыми физиономиями быстро обыскали и повели Льва вниз к выходу, под испуганными взглядами студентов. Привезли на Лубянку и впихнули в камеру до предела набитую арестантами, отловленными по Москве за день. На другой день ему дали лист бумаги, ручку и велели написать автобиографию. Показали фото с Мивой у посольской машины, а затем увезли в тюрьму на Таганке, откуда и начались все его круги ада.

Чтоб сломать эмоционально, сначала его бросили в одиночку, где на кандалах висел прикованный к стене окровавленный человек с безумными глазами, ещё живой. Стоял невыносимый смрад. На другой день перевели в общую камеру, в которой людей было, как сельдей в бочке. Ещё повезло ­- арестанты были сплошь политические, а уголовник только один. Место новичка было у параши. Шёл нескончаемый человеческий круговорот. Одних уводили, других добавляли. Ежовская мельница перемалывала людей 24 часа в сутки. Он ждал вызова на допрос несколько дней. Но дни эти оказались бесценной школой, спасшей ему жизнь. Опытные сокамерники учили: будут бить – защищай почки, уклоняйся чтоб не изуродовали, а главное – подписывай всё. Не подпишешь – той же ночью получишь пулю в затылок. Такие вот правила игры.

Детина у занавески поднимается со стула.

Памятуя камерные уроки, Лев, утирая кровь с лица, вяло отвечает: - Пишите, что хотите…

В те дни по приказу Ежова брали многих харбинцев. Молоденькая Рая Бочлен, её брат и отец себя шпионами не признали и после зверских истязаний были отвезены на Бутовский полигон и там расстреляны. Та же участь постигла тысячи других возвращенцев.

В лагере был он отправлен на общие работы, так что вместо смычка и скрипки держал в руках кирку и тачку. Сил физических не хватало, норму часто выполнить не мог, а потому получал заниженную пайку. В лютые морозы трижды был брошен в ледяной карцер, откуда его с обмороженными ногами и без сознания выволакивали зэки, отпаивали кипятком. Кличка ему была «скрипач-придурок», ибо чтоб не сойти с ума занимался самогипнозом и постоянно проигрывал то в уме, то веткой на полене скрипичные партии. В те самые дни, когда уж совсем доходил он от обморожений и голода, получил от отца посылку с весьма «нужными» в лагере вещами: выходной костюм, белоснежные рубашки, лаковые концертные туфли и шёлковые платки. Сволок он эти ценности в лагерную швейную мастерскую, за что схлопотал ещё 20 дней карцера. И не выжить бы ему там, но повезло – начальнице КВЧ (культурно-воспитательной части) приглянулся красавчик-интеллигент. Она договорилась с начальством чтоб снизили ему карцер до 10 дней, сняли с общих работ и направили работать «по специальности» на престижную должность – чистить картошку, дрова колоть, воду для кухни носить. Синекура! 35 лет спустя автор этих строк поражён был, как его тесть виртуозно колол дрова для шашлычного огня. Колол, как на скрипке играл.

 *  *  *

 

А дальше жизнь стала потихоньку устраиваться. В Свердловск перебрались родители, Лев закончил консерваторию, получил диплом и впоследствии стал доцентом в той же консерватории. Женился, родились дети: дочь Ира и сын Миша. В 1955 г. он получил бумаги о полной реабилитации. Вместе с друзьями-музыкантами Мирчиным, Цомыком и Терей Лев Тышков основал струнный квартет им. Мясковского и объездил с ним на гастролях всю страну – от Прибалтики до Колымы. Ну и разумеется, много преподавал в консерватории. Ученики нежно любили его. Их умиляла его деликатность, артистизм и при каждом случае – поклоны по-японски. Свердловский босс Борис Ельцын вручил ему диплом заслуженного артиста.

 

Одна из учениц Льва вышла замуж за большого начальника, что-то вроде партийного секретаря Киргизского крайкома. Однажды, был это уже год 1975, он получил от неё письмо: «Лев Самойлович, дорогой, приезжайте в гости. У нас в горах Тяньшаня своя дача. Горные пастбища. Приезжайте, попьёте кумыс, подышите горным воздухом. Окрепните. Что Вам всё время работать?»

Но билета ему не продали, сказали, что это считается приграничная зона (с Китаем), а потому сначала надо взять разрешение в управлении милиции. Пошёл он  в милицию, подал заявление. Вежливо там объяснили, что в течение месяца он получит ответ. В милиции люди точные и действительно, ровно через месяц он получил от них открытку: «Отказать». Ошарашенный Лев бросился на приём к начальнику. Сказали: ждать. Ждал, но не принял его начальник. Снова записался на приём. И опять не принял. На четвёртый или пятый раз милицейская секретарша сказала:

Лев оторопел: - Но ведь в 55-м меня полностью реабилитировали!

На том и кончилось.

В 1977 г. мне невероятно повезло – я с женой Ирой, дочкой Льва Тышкова, тоже скрипачкой, и малолетним сыном Ромой, смог уехать из СССР. Через пару лет, поселились мы в Американском штате Коннектикут, знаменитым усадьбой Марка Твена и Йельским Университетом. Много сил мы приложили, чтоб вытащить Льва Самойловича с женой и сыном к нам. Не стоит тут об этом писать – другая тема. Сами они прекрасно понимали, что из Свердловска их не выпустят. После аварии с сибирской язвой в секретной лаборатории и афганской авантюры, этот уральской город вообще закрыли и для выезда и для въезда. Пришлось Тышковым переехать в глухой, Богом забытый городок Мга, что недалеко от Питера. Культуры меньше, зато шансов на выпуск больше. Там и заявление в ОВИР подали. Сработало. В 1982 г. им разрешили выехать по Израильской визе. Когда ехали через границу, на таможне отобрали всё, что хоть какую-то ценность имело – скрипку, ноты… Мстить надо неблагодарным, что покидали чудную страну, давшую им такую счастливую жизнь!

 

Году в 1988, кто-то сказал ему, что в Нью-Йоркской библиотеке, что на 5-й Авеню, работает волонтёром старая японская пианистка Мива Кай. Лев страшно разволновался, жена Люба наутюжила его лучший костюм, надел он галстук-бабочку, сел на поезд и поехал в Нью-Йорк. Там от станции до библиотеки пешком минут 10. Пришёл. Расспросил, где можно найти Мисс Кай? Указали на маленькую японку, похожую на постаревшего Будду.

Подняла голову, вгляделась. Не узнала. Смотрела, смотрела, но так и не вспомнила. Всё помнила – как концерты в Японии давала, как на конкурс в Варшаву ездила, даже как в Москве остановку делала. А его не вспомнила….

 

А когда подошла к концу его непростая жизнь, в мае 2003 года он тяжело умирал в госпитале Йельского университета. В его воспалённом мозгу смешались страны, времена, языки. Он кидался к запертому окну, чтоб вырваться на свободу и кричал на милых американских медсестёр, что пытались его удержать: - Прочь, вертухаи! 

Вот такая жизнь…

 



Источник: 7iskusstv.com
Переслал: Igor Schor
Внимание! Мнение авторов может не совпадать с мнением редакции. Авторские материалы предлагаются читателям без изменений и добавлений и без правки ошибок.





РЕКОМЕНДУЕМ:

ТЕГИ:
очерки

ID материала: 13418 | Категория: Очерки. Истории. Восспоминания | Просмотров: 1258 | Рейтинг: 5.0/15


Всего комментариев: 3
avatar
1
Нана Шварцбург похоронен в Красноярске на еврейском кладбище, а на доме, в котором он проживал весит мемориальная доска. В свое время при жизни, он был очень знаменит и востребован в Красноярсе
avatar
2
Да;судьба
avatar
3
СОВЕРШЕННО НЕ понимаю, КАААААК человек может - и мог - выдержать столько пыток!!!!!!!...

какое-то есть непотребство в этих вечных издевательствах над богоизбранным народом...


Мы уважаем Ваше мнение, но оставляем за собой право на удаление комментариев.
avatar
Подписка


Реклама
Статистика
Материалов: 16424

Пользователей:
Онлайн всего: 233
Гостей: 229
Пользователей: 4
chikviladzetemuri899, yuriyapril, vladiz14, ozero200

Яндекс.Метрика Индекс цитирования
В 1970-х военные разведчики США решили попытать счастья на свалке металлолома, приобретенного у СССР. Им удалось найти к...       В 2017 году из России в Беларусь планируется перевезти беспрецедентно большой объем военных грузов. Так, по сравнению с...       Во время Первой и Второй мировых войн немецкие оккупационные власти пытались установить на оккупированных территориях ко...       Кроме быстрой потери килограммов, стоит отметить также нормализацию обмена веществ, оздоровление состояния кожи и волос,...       Россияне установили новый рекорд, подав рекордное за последние 20 лет число ходатайств об убежище в США! Когда зарубежны...      
www.NewRezume.org © 2016
Главный редактор: Леонид Ходос
leonid@newrezume.org
Индекс цитирования
Сайт содержит материалы (18+)
Правообладателям